Из частного собрания Артпанорама.
Выставка " Путь художника" приурочена к 120-летию со дня рождения Михаила Петровича Кончаловского и выстроена как последовательное движение — от ранних творческих поисков, сформированных в атмосфере мастерской его отца, знаменитого художника Петра Кончаловского, к обретению собственного пластического языка, в котором традиции школы отца получают личностное переосмысление и самостоятельное художественное развитие.
Начало пути. 1920–1930-е
Экспозиция открывается ранними произведениями конца 1920-х годов: «Генуэзская крепость» (1928), «Башня Кукуй. Новгород» (1928), «Балаклава» (1929). Здесь Кончаловский работает с архитектурой как с формой памяти: крепости, башни, древние города воспринимаются не как достопримечательности, а как устойчивые структуры времени.
Пейзажи начала 1930-х — «В лесной чаще» (1930), «Пейзаж» (1932) — показывают художника внимательного к плотности пространства, к соотношению плоскостей и глубины. Уже здесь заметна его склонность к сдержанной, выверенной живописной речи.
Натюрморт как состояние. 1930-е
Два «Охотничьих натюрморта» (1933, 1935) вводят важную для Кончаловского тему — натюрморт как самостоятельное живописное событие. Эти вещи не декоративны: они собраны, плотны, почти монументальны, в них чувствуется внутренняя дисциплина формы.
Время войны и города. 1940-е
Раздел 1940-х годов звучит особенно сдержанно. «Стратостаты» (1942) — редкая акварель, воспринимается как знак эпохи, «Большая Грузинская улица» (1942) и «Весна. Конюшковская улица» (1943) — Москва военного времени, увиденная без драматизации, но с предельной честностью. Рядом — «Осеннее утро» (1939), «Зима. Дача» (1937), «Синяя дача» (1938), «Зима» (ок. 1938). Мотивы подмосковного быта раскрываются как пространство тишины и внутренней устойчивости. Художника занимает не действие, а состояние – ровное дыхание природы, человеческое присутствие в пейзаже, ощущение непрерывности времени.
Послевоенная ясность. 1940–1950-е
Работы «Цветущий сад» (1946), «Двор с лошадью» (1946), «Весна» (1948), «Цветущая яблоня» (1954), «Весна, река Протва» (1954) демонстрируют период особой живописной ясности. Цвет становится светлее, пространство — свободнее, композиции — более открытыми.
Отдельное место занимает «Первые шаги (Портрет Андрона Кончаловского)» (1938) — редкий личный акцент в общей, сдержанной интонации выставки.
Дороги, монастыри, лошади. 1960–1970-е
В более поздних пейзажах — «Весна. Суздаль» (1960), «Пафнутьев-Боровский монастырь» (1978), «Пафнутьев-Боровский монастырь. Тайницкая башня» (1970) — Кончаловский снова обращается к теме архитектуры, но теперь она лишена напряжения и воспринимается как часть природного ритма.
Мотив лошади — «Лошадь, запряжённая в телегу» (1958), «Лошадь в хлеву» (1950–60-е) — звучит спокойно и почти символически: как образ труда, пути и устойчивости.
Поздние натюрморты. Итог
Финал экспозиции составляют натюрморты 1960–1990-х годов: «Грибы» (1969), «Натюрморт с вальдшнепами» (1965), «Натюрморт с гранатами» (1970), «Фрукты на окне» (1975), «Книги и трубки» (1978), «Бекасы и баранья нога» (1984), «Подсолнухи» (1998). Это живопись итогов: без резких жестов, без стремления к эффекту. В этих работах Кончаловский предстаёт художником внутренней тишины, для которого форма, цвет и предмет существуют в равновесии.
Заключение.
Эта выставка из частного собрания показывает Михаила Кончаловского не как автора отдельных знаковых произведений, а как художника пути. Проходя вдоль экспозиции, зритель движется вместе с ним — от ранних поисков к зрелой ясности, от наблюдения к спокойному принятию мира.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Режим работы в марте 2026 г.13 фев,2026
«Путь художника» М. П. Кончаловский06 фев,2026
Анонс выставки М.П. Кончаловского в АртефактеАрхив новостей
Книги
>>Женщины художники Москвы( путь в искусстве)
Вера Гыллыева Заслуженный деятель искусств Туркменистана, Член Союза художников России, Член Творческого Союза художников России. Я принимаю мир таким, какой он есть, люблю его и всегда с интересом живу и творю. Родилась и выросла в Туркмении.Мне повезло. Когда я поступала в художественное училище, к нам по направлению приехала группа художников - монументалистов‚ выпускников «Мухинки». Работая творчески, они еще преподавали в училище, в Ашхабаде. Первыми моими учителями были художники Леонид Александрович Шлак (живет в Белоруссии), Геннадий Яковлевич Брусенцов (живет в Севастополе), Айхан Хаджиев, Ашан Кулиев, Якуб Аннануров, Павел Попов, Ирина Пирадова. Все они выпускники высших художественных заведений Москвы и Ленинграда. Они были молоды, энергичны и полны творческих планов. У одних я училась, а с другими постоянно общалась. Они были моими наставниками. Всем им я благодарна. После окончания училища я преподавала в детской художественной школе и художественном училище Ашхабада. Пыталась работать творчески. Но ощущала все-таки недостаток образования, не хотелось останавливаться. И вот Москва, «Строгановка», факультет интерьера, отделение тканей. Новая среда, новые педагоги — Людмила Александровна Дицкая, Татьяна Мязина, Василий Комарденков, Анатолий Вру- бель. Музеи Москвы, выставки- все это было крепким фундаментом. Здесь зародился интерес к тканым вещам, к гобеленам. Но мое формирование как художника началось, лишь когда я была предоставлена сама себе. А впереди много выставок, темы которых ограничивали меня в творчестве, так как само их название ставило определенные условия: «СССР — наша Родина ‚ «По Ленинскому пути» «Мы Строим Коммунизм», «Голубые дороги Родины». В 1971 году вступила в Союз Художников СССР- Подготовкой к этим серьезным выставкам были творческие поездки в разные уголки СССР: на большие стройки КАМАЗа, Нижнего Тагила, в Гурзуф, по Средней Азии и Кавказу, были и зарубежные поездки: Иран, Афганистан, Турция, Югославия и позднее Аргентина и Париж. Все это расширяло кругозор и духовно обогащало. Передо мной открывалось все разнообразие жизни, человеческие судьбы, природа большого мира. Были созданы портреты сталеваров, монтажников, тружеников села, детей как на живописных полотнах, так и в тематических гобеленах. Гобелены «К свету», «Светлой памяти». Конкурсная работа «Торжество разума» (16 кв.м), посвящен- ная борьбе против космических войн, получив 1 премию: «Идеям партии верны» ( 90 кВ. м) для Дома политпросвещения в Ашхабаде.Все эти работы являются собственностью музеев Ашхабада. Следуя национальной традиции ковроделие, создала ряд тематических ковров, которые находятся в Музее востока в Москве, в Фонде Союза художников. Но наиболее интересным и свободным как в тематике, так и в жизни был период после перестройки. Стали появляться любимые, никем и ничем не навязанные темы, возникающие в ходе постоянных поездок. Последние годы живу и работаю в Москве. Ежегодно снимаю творческую мастерскую в Доме художника на Сенеже. Величавое и просторное озеро Сенеж с его красивыми берегами и постоянно меняющимся цветом воды, движение облаков, а также прекрасный сиреневый сад, выращенный Иваном Стрекаловым, — все пробуждает желание работать на природе. С особым вдохновением работала в имении А. Блока в Шахматове и его окрестностях, поместье Боблово‚ где жил и работал Менделеев. Неудивительно, что красота этих мест с их живописными холмами и лесами притягивала к себе замечательных ученых, поэтов - Бекетовых, Менделеева, Соловьева,Блока, Белого и многих других деятелей науки и культуры. Одной из интересных поездок была поездка в Середняково - дом-усадьбу Лермонтова. Работая на Сенеже, я познакомилась с Наталией Семеновной Богородской, которая Приехала на лето работать. Это удивительная, своеобразная: художница, энергичная, с большим творческим потенциалом, и мне повезло, что я работала рядом с ней в Доме творчества. Эти места с постоянно действующим собором ХVI века, с иконами и росписями Семирадского и Билибина притягивают и манят. За этот период написано много работ. Эрмитаж, Русский музей, Третьяковка, Музей Востока, Пушкинский и многие музеи и галереи Москвы и Санкт-Петербурга воспитывают, развивают и помогают жить и работать. Бывая в зарубежных поездках, я также всегда посещаю музеи, впитывая богатство художественного мирового наследия. Видишь много, волнует многое, но внутри зреет свое, вынашиваются свои темы. Хочется поделится своими впечатлениями от двухмесячной работы в Арт-Сити в Париже. Все знают, что Париж - город-музей, а поэтому я не спешила бежать по музеям. Взяв этюдник, холст, шла по улицам, наслаждаясь увиденным и пытаясь понять, что же здесь такое, что притягивает людей всего мира. Написав множество этюдов, я сама все больше проникалась любовью к увиденному. Ощущала и то, что парижане, которые любят свой город, небезразличны к людям, пытающимся понять и отобразить его красоту, однажды, когда я работала на набережной Сены, ко мне подошла молодая мама с девочкой. Деликатно попросив разрешение, она стала объяснять и показывать своей дочке, что волнует приезжего художника и как он это изображает на холсте. Японская съемочная группа работала над сюжетами из жизни Парижа. Мне было приятно, что моя работа — этюд собора Парижской Богоматери послужила сюжетом для их съемки. Жизнь подарила мне прекрасного, надежного, верного спутника не только по жизни, но и коллегу в творчестве. Володя всегда со мной в поездках, в мастерской. Так вышло, что у нас одна мастерская на двоих, небольшая, в ней мы пишем свои холсты, акварели, ткем гобелены, мыслим, творим, живем! Мы одно целое! Вырастили и выучили двух сыновей, дав им высшее образование. Привили им любовь к искусству к прекрасному. Рафик с Димой выбрали свои профессии самостоятельно, но в душе они художники. К своей работе подходят творчески. Я счастлива тем, что дети меня понимают, любят и всегда находят возможность в нужный момент помочь.

