Из частного собрания Артпанорама.
Выставка " Путь художника" приурочена к 120-летию со дня рождения Михаила Петровича Кончаловского и выстроена как последовательное движение — от ранних творческих поисков, сформированных в атмосфере мастерской его отца, знаменитого художника Петра Кончаловского, к обретению собственного пластического языка, в котором традиции школы отца получают личностное переосмысление и самостоятельное художественное развитие.
Начало пути. 1920–1930-е
Экспозиция открывается ранними произведениями конца 1920-х годов: «Генуэзская крепость» (1928), «Башня Кукуй. Новгород» (1928), «Балаклава» (1929). Здесь Кончаловский работает с архитектурой как с формой памяти: крепости, башни, древние города воспринимаются не как достопримечательности, а как устойчивые структуры времени.
Пейзажи начала 1930-х — «В лесной чаще» (1930), «Пейзаж» (1932) — показывают художника внимательного к плотности пространства, к соотношению плоскостей и глубины. Уже здесь заметна его склонность к сдержанной, выверенной живописной речи.
Натюрморт как состояние. 1930-е
Два «Охотничьих натюрморта» (1933, 1935) вводят важную для Кончаловского тему — натюрморт как самостоятельное живописное событие. Эти вещи не декоративны: они собраны, плотны, почти монументальны, в них чувствуется внутренняя дисциплина формы.
Время войны и города. 1940-е
Раздел 1940-х годов звучит особенно сдержанно. «Стратостаты» (1942) — редкая акварель, воспринимается как знак эпохи, «Большая Грузинская улица» (1942) и «Весна. Конюшковская улица» (1943) — Москва военного времени, увиденная без драматизации, но с предельной честностью. Рядом — «Осеннее утро» (1939), «Зима. Дача» (1937), «Синяя дача» (1938), «Зима» (ок. 1938). Мотивы подмосковного быта раскрываются как пространство тишины и внутренней устойчивости. Художника занимает не действие, а состояние – ровное дыхание природы, человеческое присутствие в пейзаже, ощущение непрерывности времени.
Послевоенная ясность. 1940–1950-е
Работы «Цветущий сад» (1946), «Двор с лошадью» (1946), «Весна» (1948), «Цветущая яблоня» (1954), «Весна, река Протва» (1954) демонстрируют период особой живописной ясности. Цвет становится светлее, пространство — свободнее, композиции — более открытыми.
Отдельное место занимает «Первые шаги (Портрет Андрона Кончаловского)» (1938) — редкий личный акцент в общей, сдержанной интонации выставки.
Дороги, монастыри, лошади. 1960–1970-е
В более поздних пейзажах — «Весна. Суздаль» (1960), «Пафнутьев-Боровский монастырь» (1978), «Пафнутьев-Боровский монастырь. Тайницкая башня» (1970) — Кончаловский снова обращается к теме архитектуры, но теперь она лишена напряжения и воспринимается как часть природного ритма.
Мотив лошади — «Лошадь, запряжённая в телегу» (1958), «Лошадь в хлеву» (1950–60-е) — звучит спокойно и почти символически: как образ труда, пути и устойчивости.
Поздние натюрморты. Итог
Финал экспозиции составляют натюрморты 1960–1990-х годов: «Грибы» (1969), «Натюрморт с вальдшнепами» (1965), «Натюрморт с гранатами» (1970), «Фрукты на окне» (1975), «Книги и трубки» (1978), «Бекасы и баранья нога» (1984), «Подсолнухи» (1998). Это живопись итогов: без резких жестов, без стремления к эффекту. В этих работах Кончаловский предстаёт художником внутренней тишины, для которого форма, цвет и предмет существуют в равновесии.
Заключение.
Эта выставка из частного собрания показывает Михаила Кончаловского не как автора отдельных знаковых произведений, а как художника пути. Проходя вдоль экспозиции, зритель движется вместе с ним — от ранних поисков к зрелой ясности, от наблюдения к спокойному принятию мира.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Режим работы в марте 2026 г.13 фев,2026
«Путь художника» М. П. Кончаловский06 фев,2026
Анонс выставки М.П. Кончаловского в АртефактеАрхив новостей
Книги
>>Женщины художники Москвы( путь в искусстве)
Людмила Варламова Член Московского союза художников Член Международного художественного фонда Член Творческого объединения женщин- художников «Ирида» Творчество - это способ сотворить легенду, в которой я подбираю наконец ключ, открывающий душу людям.
Я родилась на Белом море, в старинном поморском селе Сумский Посад с мощной рекой Сумой. Сумский Посад был подворьем Соловков. Правый берег высокий, глинистый, с домами, похожими на китовые туши, и облака, бегущие по небу, а вода в реке, как смальта, мощно-синяя с белыми бурунами у «порога» — большие серые камни, по которым мы в детстве прыгали и не боялись упасть в быстрину реки. Зимы были длинными, с морозным небом и всполохами северного сияния. Для меня всегда в природе были важны свет и цвет. Мне повезло. В детстве, когда мне было 11 лет, я встретила своих будущих учителей — московских художников Евгения Расторгуева и Тамару Гусеву. Их появление в наших местах не было случайным - они видели пейзажи Василия Васильевича Рождественского. Они были поражены колоритом его пейзажей и приехали в Карелию. Мама показала им мои рисунки, и так мы встречаться. Благодаря их я вошла в мир искусства. В то время, помимо Е.А. Расторгуева и Т.П. Гусевой, я встретилась с такими художниками, как В.А. Каневский, М.А. Бирнштейн и П.Ф.Судаков.
Время шло, и когда я закончила школу, решила поступить в художественное училище в Петрозаводске. Но умерла мама, и это было серьезное испытание для нас всех, и препятствие для исполнения моей мечты. Пришлось остаться дома и помогать папе, так как моей младшей сестренке было только 9 лет. Я начала работать. Работа была отчасти связана с искусством, сейчас это называют дизайн‚ а тогда - украшение витрин и рисование плакатов. И опять моя судьба пересеклась с московскими художниками Т.П. Гусевой и Е.А. Расторгуевым. Я попросила совета у Тамары Петровны Гусевой, где получить художественное образование. Она назвала институт в Москве — Заочный институт культуры им. Крупской. Я много рисовала, изучала историю искусств. А через некоторое время у меня круто изменилась жизнь. Я переехала в Москву, вышла замуж за сына Т.П. Гусевой и поступила в Институт культуры. Но главная учеба мне еще предстояла около моих учителей, Тамары Петровны и Евгения Анатольевича. Я впитывала все, что давала мне Москва, — выставки, впечатления. Это было очень серьезное время учебы всему - жизни в искусстве, жизни, уже другой, в новой для меня художественной среде.С 1988 года я член Московского союза художников. Много выставляюсь в Москве и за рубежом Постоянно участвую в выставках МСХ, Федерации «Акваживопись» Международного художественного фонда,в выставках Творческого объединения «Ирида». С 1993 года ежегодно участвую в «Весенних салонах». Призер «Весенних салонов» 1998 и 1999 годов. У меня родилась дочь, которая со временем пошла по стопам своих мамы, бабушки и деда- стала художником - аниматором, окончила ВГИК. Она - наша гордость и продолжение нашей творческой династии. Очень важный этап в моей жизни открытие для себя других стран, увидеть красоту мира, архитектуру старых городов (Рим, Прага, города Франции, Бельгии). Как человек, выросший на берегах Белого моря, я поняла, как люблю рисовать улочки, дома, старые крыши, фонарики, которые всегда разные во всех виденных мной городах. Любимая Франция дает мне столько чувства цвета, любви и света! Люблю ездить по миру, это дает впечатления для новых картин. Участник зарубежных выставок во Франции (1992, 1998, 1999, 2003, 2004), Бельгии (1995), Египте (1995), Камеруне (1999)‚ Италии (1993), Каунасе (2002), Праге (2002), Основные темы творческих работ: «Волжская серия. Городец», «Театральная серия» (после по- ездки в Италию в 1993 г.), «Пушкин и его время», «Письма. Франция», «Пражские пастели». Это то, над чем я люблю работать, пробую, фантазирую; люблю разные техники: акварель, пастель, монотипию. Люблю многих творцов кисти. В разные периоды жизни меня привлекали такие художники, как Суриков, Рябушкин, затем Сезанн, Тернер‚ Мане, Уистлер. Художник живет в своих работах. Он знает об иной жизни, жизни никому неведомой. С помощью искусства устанавливается контакт внутренней жизни художника с жизнью реальной.