Книги

Роберт Рафаилович Фальк (1886-1958) долгое время старался соединить примитивизм с разными формами современного ему французского искусства. Наиболее интересна попытка растворить предметный мир в свете («Солнце Крым. „Козы“», 1916). С этой целью свет опредмечивается, становится материальным, осязаемым, посему может вступать в борьбу с вещным миром на равных. Между тем эта формальная задача не угнетает смысл пейзажного образа, напротив, обостряет восприятие жаркой, опаленной жгучим солнцем крымской земли.

Дореволюционное творчество Фалька, кажется, не эволюционировало, не развивалось дальше от достигнутого, а проходило рывками: от примитивизма к жесткому выразительному натурализму («Натюрморт с фикусом», 1913), от ослабленного варианта кубизма («Красная мебель», 1920) к фактурно-осязаемому, психологически насыщенному образу («Автопортрет», 1924).

Замечательным произведением Фалька является натюрморт «Бутылки на окне (Поющие бутылки)» (1917). Отнесение этой работы к какому-либо жанру вряд ли возможно, разве что по формальному признаку. Художник ставит задачу извлечения музыки из стекла. Поставленные на подоконник, на просвет, бутылки позволяют художнику зажечь цвет множеством игристых лучей. Просвеченные активным светом цвета впечатляют, словно музыкально озвученные перетеканием разной силы тонов, создавая звонкое впечатление поющего стекла. Второе название, «Поющие бутылки», не авторское. Оно произошло из действительного, почти музыкального восприятия цветного стекла. В натюрморте, не имеющем ничего общего с примитивом, художник вернулся к натурному воспроизведению предметов, но извлек из натуры то редкостное и выразительное ощущение, которое без усилия как бы озвучивается авторским состоянием. Реальная натура становится, таким образом, метафорой художнического самочувствия.

Попытки кубистического строения формы продержались у Фалька недолго, приблизительно до 1923 года. Лучшим произведением этого периода стала картина «Красная мебель» — почти символ времени. Так, во всяком случае, интерпретировала ее критика, увидев в напряженном красном цвете отблески пламени революций. Метафора эта вряд ли верна; во всяком случае, свидетельств автора по этому поводу не найдено. Фальк обращается к интерьерному жанру не ради фиксации красивой комнаты с не менее красивой мебелью, а для выражения своего внутреннего тревожного состояния. Возможно, оно навеяно эпохой, возможно, чем—то другим. Но картина представляет собой автономный эмоциональный мир, отразивший авторское переживание разыгранного посредством тонких переливочный красного цвета, во которой окрашены предметы мебели.