«Михаил Кончаловский. Живопись 1927–1998»
Большая ретроспектива.
Галерея представляет первую крупную ретроспективу Михаила Петровича Кончаловского (1927–1998), охватывающую семь десятилетий творчества художника — от ранних работ конца 1920-х до последнего яркого периода 1990-х годов. В экспозицию вошли 42 произведения живописи и графики из частного собрания, включая редкие натюрморты, пейзажи, архитектурные виды и семейные композиции. Михаил Кончаловский принадлежит к поколению художников, чья индивидуальная манера сформировалась вне больших художественных манифестов эпохи. Его путь — путь тихого наблюдателя, внимательного к природе, свету и внутреннему состоянию мира. Живопись Кончаловского отличается цельностью и редким чувством равновесия: будь то охотничий натюрморт 1930-х, московский двор 1940-х, весенний сад 1950-х или декоративные подсолнухи 1990-х, художник всегда остаётся верен живому впечатлению и ясности взгляда. Выставка организована по десятилетиям и позволяет проследить эволюцию мастера: ранние архитектурные мотивы 1920–30-х, военные и послевоенные городские пейзажи, светлые сады и натюрморты 1950-х, путешествия и монастырские виды 1960-х, монументальная декоративность 1970–80-х и яркая финальная нота позднего периода. Выставка предоставляет редкую возможность увидеть целостный творческий путь Кончаловского и оценить его вклад в линию русского камерного реализма XX века — тихого, но удивительно устойчивого художественного языка.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Книги
>>Русская живопись XX века В. С. Манин (том 1)
Пример второго понимания символа заключен в творчестве Василия Ивановича Денисова (1862-1922). Символизация у него не cвязана с подсознательным, которое изъясняется ассоциациями и иногда адресовано к символам, возникшим в искусстве ранее. Картина «Скорбь (Джотто)» (1904) отмечена декадентскими мотивами. Художник изображает Джотто как святого. Живопись его — современная, дробная, декорированная, посему неясная, лишенная тех значений, которые можно было бы без затруднений прочитать. В этом образе чувствуются отголоски прерафаэлизма.
Пессимистическими, бёклиновскими мотивами проникнуто полотно «Райки. Осенние сумерки» (1911). Пейзаж романтизирован. Замысловатой конфигурации синие облака оттенены бронзовыми деревьями. В их сумеречном цвете таится неясная угроза, столь характерная для пессимистических мотивов искусства начала ХХ века. Сюда же можно отнести пейзаж «Черные поля» - работу которая, как это часто бывает у Денисова, обращается к зрителю не напрямую, произведение с мрачным подтекстом, легко прочитываемым.
Художник, наделенный склонностью к символическому языку исполнил замечательную работу «Пророк» (1913), одну из лучших в его творчестве, где неясность очертаний и представлений об объекте изображения привела к созданию конкретного одухотворенного образа с прожигающим взглядом, решение которого убедительно как по нервной фактуре письма, так и по "неземному" цвету, совсем не похожему на врубелевское решение образа. Живопись художника полна намеков, символических значений, предчувствий («Черные поля»; «Деревенский пейзаж»; «Гармония», 1915), и своим содержанием творчество Денисова включено в образную специфику символизма и упаднические настроения эпохи.
Искусство начала ХХ века удивляет многообразием цветовых предложений, колористических решений, которые стали едва ли не единственным, во всяком случае, всеподавляющим, приоритетным средством образности. Цвет в произведениях художников не просто терпел эмоциональные перегрузки, он ликовал от возможности выразить почти любую тему. Живопись страдала и торжествовала, стенала и радовалась, печалилась и веселилась, грустнела и расцветала, пока не была остановлена сухим и тощим конструктивизмом, вскоре ушедшим в дизайн, в производство и архитектуру. Живопись удивляла интенсивностью, как бы вырываясь из дозволенных рамок в произведениях Б. Анисфельда (1879-1975): «Прелюды Листа!» (1907), «Ваза с цветами и фруктами» (1916), или успокаивалась, выпукло обволакивая предметы, но сохраняя яркость их цветных поверхностей, как в натюрмортах "Фрукты на синем" В.Белкина или "Цветы и гипс" (1908-1909) Д.Штеренберга.