Книги

Пример второго понимания символа заключен в творчестве Василия Ивановича Денисова (1862-1922). Символизация у него не cвязана с подсознательным, которое изъясняется ассоциациями и иногда адресовано к символам, возникшим в искусстве ранее. Картина «Скорбь (Джотто)» (1904) отмечена декадентскими мотивами. Художник изображает Джотто как святого. Живопись его — современная, дробная, декорированная, посему неясная, лишенная тех значений, которые можно было бы без затруднений прочитать. В этом образе чувствуются отголоски прерафаэлизма. 

Пессимистическими, бёклиновскими мотивами проникнуто полотно «Райки. Осенние сумерки» (1911). Пейзаж романтизирован. Замысловатой конфигурации синие облака оттенены бронзовыми деревьями. В их сумеречном цвете таится неясная угроза, столь характерная для пессимистических мотивов искусства начала ХХ века. Сюда же можно отнести пейзаж «Черные поля» - работу которая, как это часто бывает у Денисова, обращается к зрителю не напрямую, произведение с мрачным подтекстом, легко прочитываемым. 

Художник, наделенный склонностью к символическому языку исполнил замечательную работу «Пророк» (1913), одну из лучших в его творчестве, где неясность очертаний и представлений об объекте изображения привела к созданию конкретного одухотворенного образа с прожигающим взглядом, решение которого убедительно как по нервной фактуре письма, так и по "неземному" цвету, совсем не похожему на врубелевское решение образа. Живопись художника полна намеков, символических значений, предчувствий («Черные поля»; «Деревенский пейзаж»; «Гармония», 1915), и своим содержанием творчество Денисова включено в образную специфику символизма и упаднические настроения эпохи.

Искусство начала ХХ века удивляет многообразием цветовых предложений, колористических решений, которые стали едва ли не единственным, во всяком случае, всеподавляющим, приоритетным средством образности. Цвет в произведениях художников не просто терпел эмоциональные перегрузки, он ликовал от возможности выразить почти любую тему. Живопись страдала и торжествовала, стенала и радовалась, печалилась и веселилась, грустнела и расцветала, пока не была остановлена сухим и тощим конструктивизмом, вскоре ушедшим в дизайн, в производство и архитектуру. Живопись удивляла интенсивностью, как бы вырываясь из дозволенных рамок в произведениях Б. Анисфельда (1879-1975): «Прелюды Листа!» (1907), «Ваза с цветами и фруктами» (1916), или успокаивалась, выпукло обволакивая предметы, но сохраняя яркость их цветных поверхностей, как в натюрмортах "Фрукты на синем" В.Белкина или "Цветы и гипс" (1908-1909) Д.Штеренберга.