Книги

Менялась пластическая структура живописи, но она не могла быть приложена к содержательной структуре искусства, несшей на себе печать идеологии живописи ХIХ века, который сама по себе способна к переменам смысла произведения. Жизнь, понимаемая как социальная драма, удерживала темновидную живопись не могла быть изменена, ибо просветленная цветовая гамма не соответствовала бы трагизму изображенных житейских ситуаций. Темновидная живопись проявилась в работах забытого теперь Николая Васильевича Орлова (1863-1924) «Перед норкой» и «Порка (Недавнее прошлое)» (обе — 1904). Картины его смотрелись как рецидив ХIХ века. Новое искусство ХХ столетия явно сменило свою ориентацию, по большей части избегая социальных проблем. Такой поворот событий говорит о том, что изменилась структура содержания искусства. Это обстоятельство важно отметить потому, что наука и критики почти исключительно говорили о форме,тогда как при анализе искусства ХIХ века проваливало содержание. Таким образом, в художественном мышлении искусства ХХ века оценка структуры содержания обычно замалчивались. 

В полотнах Орлова отражено бедственное положение крестьянства, насилие над ним поместных властей. Образ приказчика, смотрящего зло и безжалостно на зрителя, многого стоит. Сам типаж и психологическая обрисовка раскрывают социальную несправедливость,жестокость и бесчеловечность отношений между людьми. Орлов замыкает одну из схем содержательного взаимодействия персонажей, которую можно определить как "они" и "мы". "Мы" - это покорное крестьянство, на стороне которого находится и автор."Они" -это творящая насилие власть, местная или центральная - не важно. Как бы извиняясь за такую постановку вопроса, целиком адресованную сегодняшнему дню, художник камуфлирует тему подзаголовком «Недавнее прошлое». 

В оппозиции «они» и «мы» страждущая сторона присутствует в картине, в то время как насильники в большинстве случаев подразумеваются. Их мысленное и реальное присутствие в мире отражено показом жизни угнетенных людей. Оппозиция «они» и «мы» относится главным образом к изображению социальной жизни. Вообще же подобная оппозиция как образная структура может касаться отношении человека и природы, человека и Бога, человека и планетарного мира, нравственности и аморальности и т. д. Ввиду того что социальная тема строилась на противостоянии сил, трактовка сюжета неизбежно приводила к их психологическому противодействию‚ выраженному в действиях, взглядах, позах. Но главное — все детали содержательной структуры, воплощенные в композиции, цветовой характеристике и т. п., то есть в пластике, служили нравственной оценкой изображенного мотива. 

Такие же оппозиционные ситуации складывались в начале ХХ века в историческом жанре. Касались они не только социальной, но и национальной проблематики. Это хорошо просматривается у художников, перешедших зрелыми мастерами из века ХIХ в век ХХ и прихвативших с собой груз старых содержательных структур. Достаточно упомянуть произведения С. Иванова, В. Маковского, Л. Попова, К. Лебедева.

С появлением «Мира искусства» живописная пластика ХIХ века кончилась, но социальная жизнь и структура ее отражения повторяли изгибы ХIХ века, а с ними возвращали искусству прежнюю пластику. «Союз русских художников» был, разумеется, ее держателем и преобразователем одновременно. Совершенно другая структура содержания появляется в среде нового поколения художников начала ХХ века, в первую очередь «Мира искусства».