Книги

Любовь Юкина 
Член Союза художников России

Станковая графика и текстильная скульптура одинаково дороги для меня. Среди большого разнообразия тем любимая тема - кошка.Любимая техника в графике - офорт с его волшебной непредсказуемостью. 

Моя жизнь в искусстве, если уж суждено размышлять на эту тему, начиналась легко и приятно — с детской художественной школы Краснопресненского района. Меня приняли туда с двумя натюрмортами и двумя пейзажами, от которых веяло детским бесстрашием и неподвластной взрослому разуму «организацией» листа. Именно детская рука, не дрогнув, выстраивает, не отрываясь от листа, композицию из любой точки. Мои два натюрморта были смешными. Все составляющие их предметы были тщательно раскрашены, особенно чашка со сложным цветочным орнаментом. Мужественный, статный, очень красивый (до конца жизни, кстати) кубанский казак, геолог по профессии, мой папа, ничего не смыслящий в искусстве, исколесил всю Москву и принес мне бронзовую Краску. Именно таким был ободок на чашке. Не хотелось огорчать папу, и я также тщательно выкрасила ею ободок поверх желтовато- охристой акварели.  

Мне было два месяца, когда умерла 22 летняя мама студентка филфака МГУ. Что могло соединить дворянскую кровь с кубанской? Только любовь! Дворянская бабушка, читавшая французскую классику в подлиннике, издалека наблюдала за всеми происходящими в моей жизни переменами. Заглядывая вперед, внушала отцу, что не барское это дело — зарабатывать на жизнь искусством. Меня вырастила вторая бабушка, деликатно отбиваясь от слишком назойливых потенци- альных мачех. Была она неграмотная, но умнее человека я не встречала. Я очень любила рисовать ее, практически изучая анатомию - бабушка была худощавой. Могла позировать в своей тонкой батистовой ночной рубашке, скрывая от меня очередное недомогание.  

Итак, с детства — коммуналка в старинном доме на Метростроевской улице (теперь — Остоженке), в доме — личная натурщица. Художественная школа с атмосферой любви и заботы наших учителей, живой кошкой как частью натюрморта и петухом, по-хозяйски разгуливающим по коридорам. На подготовительные курсы «Строгановки» (МВХПУ) и в Московский полиграфический институт принципиально ездила с красной хозяйственной сумкой. Вот вам, господин Фальк и все остальные господа соседи с этюдниками! Были в жизни и трудности, и разочарования. Изучая иконопись и осваивая работу художника- реставратора на стенах Успенского собора Кремля и собора в честь Казанской Божьей Матери на Новодевичьем кладбище, я отчетливо поняла: все лучшее уже сделано. Рисовать - не надо... Кое-как справившись с шоком, я постепенно возвращалась к самой себе, но уже другой, смотрящей на все глазами, влюбленными в иконопись вообще и фрески Ферапонтова в частности. 

Невозможно объяснить, но общение с этим миром повлияло на мото дальнейшую судьбу как рисующего художника. Рисовать я” не умею, но профессионалы-коллеги, хитро прищуриваясь, говорили, что знаем, мол, ты все умеешь, но сознательно рисуешь именно так, чтобы «было свое лицо». Что главное в работе? Образ, настроение, как в станковой графике, так и в текстиль-скульптуре, в своих «тряпиенсах». Иногда сама судьба задает вопросы, например: «Шить или не шить?»  

Конечно, шить! Руки сами включаются в работу и начинают не шить, а лепить из объемных «подушечек», назовем их так условно, текстильные скульптуры. «Тряпиенсы» — это скульптурные фантазии, ассоциативные образы диковинных птиц, животных, веселых, иногда немного нелепых хранителей домашнего очага. Они могут называться «Холодно!»‚ «Весело!»‚ «Грусть» или «Зубки болят...», выражая сиюминутное настроение и ведя за собой в процессе работы. Когда-то назывались («Хомотряпиенсы»). Теперь откликаются на «тряпиенсы». Так проще, по-домашнему. Пользуясь как доверием, так и доверчивостью своего народа, я назначила сама себя Главным Правителем страны «тряпиенсов». шерстяной да шелковый мирок живет человеческими страстями. Осталось только вложить в доверчивые уста моих героев правдивые рассказы о них самих. Была и вторая причина написать книгу. Родина оказалась в опасности, на страну напала чужест- ранка. Если мы выбираем «Пэпси», то почему должны выбирать и Барби? Почему наши девочки, для которых игра в куклы — не что иное, как институт материнства, должны укладывать в постель взрослую особу с пышными формами, американский секс-символ? Зачастую -и boyfriend'a, прописанного с ней в одной коробке.Игра в дочки - матери превращается во взаимоотношения госпожи и девочки- прислуги...

Пришлось нарушить известную заповедь: если гложешь не писать — не пиши. Поэтому и появилась в 2001 году в издательстве «АСТ-пресс» книга «Куклы», энциклопедия. Лоскутное счастье, или Приключения «тряпиенсов» с фотографиями, рисунками и выкройками — такое более точное название стоит на титульном листе. Итак, первая книга издана. И даже простыл ее след — уж что-что, а нравиться «тряпиенсы» умеют! Но жизнь продолжается и приключения - тоже. Возникает и следующий вопрос: что делать? Глаза боятся — руки делают! Начинается работа над макетом серии небольших детских книжек. Выручай, родной полиграфический институт и обозначенная в дипломе профессия художника- графика, особенно расшифровка в скобочках: художественно-техническое оформление печатной продукции... Станковая графика и текстильная скульптура одинаково дороги и интересны для меня. Среди большого разнообразия тем (книжные иллюстрации, пейзажи, портреты) любимая тема — кошка. Линогравюра, литография и офорт — основные составляющие станковой графики. Любимая техника — офорт. Со всем многообразием технических приемов и волшебной непредсказуемостью.  

Мой господин Офорт не отпускает меня, как не отпускает и любимая тема — кошка. Я предпочитаю классический офорт, травленный штрих. Значит — травить в кислоте гравированные доски. Работая в Комбинате графических искусств, я с удовольствием занималась и цветной линогравюрой на тему российских и зару- бежных сказок, басен Крылова, стихов Маршака. Мне жаль ушедшего в прошлое «эстампа» — самого демократичного искусства для народа.  


Биографическая справка 
Родилась в Москве. Окончила среднюю художественную школу Красно- пресненского района. Окончила Московский полиграфический институт, факультет художников печати. С 1970 года внештатно работала в московских издательствах «Советский художник», «Мысль», «Знание», «Прогресс», в журнале «Театр». С 1977 года работала в Комбинате графических искусств МОХФ РСФСР. Член Союза художников России (1979). Выставки в Москве, Санкт-Петербурге, персональные и групповые. Зарубежные: станковой графики в Ноймаркте (Австрия), «Актив Лебен» - Дюссельдорф (Германия), «Золотая осень в Сержи» (Франция),Mini Print в Барселоне (Испания).  
Работы находятся в музеях Башкирии, Брянска, Амсдердама (Музей Кошки), в Германии, Японии.