Из частного собрания Артпанорама.
Выставка " Путь художника" приурочена к 120-летию со дня рождения Михаила Петровича Кончаловского и выстроена как последовательное движение — от ранних творческих поисков, сформированных в атмосфере мастерской его отца, знаменитого художника Петра Кончаловского, к обретению собственного пластического языка, в котором традиции школы отца получают личностное переосмысление и самостоятельное художественное развитие.
Начало пути. 1920–1930-е
Экспозиция открывается ранними произведениями конца 1920-х годов: «Генуэзская крепость» (1928), «Башня Кукуй. Новгород» (1928), «Балаклава» (1929). Здесь Кончаловский работает с архитектурой как с формой памяти: крепости, башни, древние города воспринимаются не как достопримечательности, а как устойчивые структуры времени.
Пейзажи начала 1930-х — «В лесной чаще» (1930), «Пейзаж» (1932) — показывают художника внимательного к плотности пространства, к соотношению плоскостей и глубины. Уже здесь заметна его склонность к сдержанной, выверенной живописной речи.
Натюрморт как состояние. 1930-е
Два «Охотничьих натюрморта» (1933, 1935) вводят важную для Кончаловского тему — натюрморт как самостоятельное живописное событие. Эти вещи не декоративны: они собраны, плотны, почти монументальны, в них чувствуется внутренняя дисциплина формы.
Время войны и города. 1940-е
Раздел 1940-х годов звучит особенно сдержанно. «Стратостаты» (1942) — редкая акварель, воспринимается как знак эпохи, «Большая Грузинская улица» (1942) и «Весна. Конюшковская улица» (1943) — Москва военного времени, увиденная без драматизации, но с предельной честностью. Рядом — «Осеннее утро» (1939), «Зима. Дача» (1937), «Синяя дача» (1938), «Зима» (ок. 1938). Мотивы подмосковного быта раскрываются как пространство тишины и внутренней устойчивости. Художника занимает не действие, а состояние – ровное дыхание природы, человеческое присутствие в пейзаже, ощущение непрерывности времени.
Послевоенная ясность. 1940–1950-е
Работы «Цветущий сад» (1946), «Двор с лошадью» (1946), «Весна» (1948), «Цветущая яблоня» (1954), «Весна, река Протва» (1954) демонстрируют период особой живописной ясности. Цвет становится светлее, пространство — свободнее, композиции — более открытыми.
Отдельное место занимает «Первые шаги (Портрет Андрона Кончаловского)» (1938) — редкий личный акцент в общей, сдержанной интонации выставки.
Дороги, монастыри, лошади. 1960–1970-е
В более поздних пейзажах — «Весна. Суздаль» (1960), «Пафнутьев-Боровский монастырь» (1978), «Пафнутьев-Боровский монастырь. Тайницкая башня» (1970) — Кончаловский снова обращается к теме архитектуры, но теперь она лишена напряжения и воспринимается как часть природного ритма.
Мотив лошади — «Лошадь, запряжённая в телегу» (1958), «Лошадь в хлеву» (1950–60-е) — звучит спокойно и почти символически: как образ труда, пути и устойчивости.
Поздние натюрморты. Итог
Финал экспозиции составляют натюрморты 1960–1990-х годов: «Грибы» (1969), «Натюрморт с вальдшнепами» (1965), «Натюрморт с гранатами» (1970), «Фрукты на окне» (1975), «Книги и трубки» (1978), «Бекасы и баранья нога» (1984), «Подсолнухи» (1998). Это живопись итогов: без резких жестов, без стремления к эффекту. В этих работах Кончаловский предстаёт художником внутренней тишины, для которого форма, цвет и предмет существуют в равновесии.
Заключение.
Эта выставка из частного собрания показывает Михаила Кончаловского не как автора отдельных знаковых произведений, а как художника пути. Проходя вдоль экспозиции, зритель движется вместе с ним — от ранних поисков к зрелой ясности, от наблюдения к спокойному принятию мира.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Режим работы в марте 2026 г.13 фев,2026
«Путь художника» М. П. Кончаловский06 фев,2026
Анонс выставки М.П. Кончаловского в АртефактеАрхив новостей
Книги
>>Женщины художники Москвы( путь в искусстве)
Нина Сергеева
Член Московского союза художников
Член Творческого объединения женщин - художников «Ирида»
Только глубокое изучение натуры рождает оригинального художника. Духовная наполненность произведения возникает в результате упорного труда и размышлений художника на протяжении всей его жизни.
Я родилась в Донецке в семье горного инженера Сергеева Алексея Петровича. Моя мама, Сергеева Елена Ивановна, была концертмейстером в оперном театре. Параллельно с учебой в школе я училась в Донецком музыкальном училище (фортепиано) и в балетной студии под руководством Г.М. Меандровой (ученицы Вагановой). В 1938 году поступила в Харьковское художественное училище, затем - в Харьковский художественный институт. Продолжала заниматься балетом. В 1939 году впервые в составе балетной труппы приехала в Москву. Мы выступали в московских дворцах культуры и в Центральном доме работников искусств. Война застала нас в Донецке. Из-за быстрого наступления немецкой армии мы не успели эвакуироваться и оставались в Донецке все время оккупации с 1941 по 1944 год. Фронт ушел далеко на восток, и жизнь в Донецке продолжалась. Мы попрежнему работали в театре: мама концертмейстер, я танцевала в балете. Учеба в институте была прервана в 1941 году.
В 1944 году во время отступления немцев всех артистов театра погрузили в теплушки и отправили за рубеж в концлагерь. Это было страшное время. В городе Сибид, в Румынии, во время бомбежки артистам удалось выскочить из вагона и спрятать- ся на вокзале. Когда состав ушел, нас обнаружили немцы и отправили всех спасшихся в местную тюрьму. Там мы и дождались освобождения советскими войсками. Выйдя на свободу, артисты тут же организовали концерт для советских солдат. Я собрала труппу из 12 человек, и мы исполняли танго, вальсы Штрауса, цыганские и русские народные песни. Только через месяц (в конце 1944—го) мы возвратились в Донецк. Я снова стала работать в филармонии, уже балетмейстером, и восстановилась в Харьковском художественном институте (1944-1945). Моим педагогом был Н.С. Самокиш.
В 1945 году я поступила в Государственный художественный институт им. Сурикова в Москве. Моими педагогами были академик И.Э. Грабарь, профессора П.Я. Павлинов и С.И. Дудник. В 1950 году я защитила диплом — живописную работу «Юные фигуристки». В настоящее время эта картина находится в музее Академии художеств в Санкт-Петербурге. После окончания института я начала работать в живописном комбинате, где выполняла государственные заказы: жанровые картины, групповые портреты. С 1964 года до сего времени, анализируя свой творческий путь, я определяю несколько циклов (каждый цикл — около 5 лет), связанных с творческими командировками по России и за рубежом. Здесь рождались новые темы моих произведений. Каждая поездка давала богатый материал для создания жанровых картин и пейзажей. Я посетила многие уголки страны: Заполярье, Енисей, Среднюю Азию, Сибирь, Крым, Кавказ, Белое море, Украину, Прибалтику. В 1968 году была выпущена подборка моих картин по Северу и Заполярью в виде репродукций.
С 1950 года я регулярно принимаю участие в московских, российских, зарубежных и международных выставках. В 1957 году на выставке в Манеже во время Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве была представлена моя картина «Фестивальная песня» (150 х 400). Почти ежегодно я открываю свои персональные выставки в Москве, Подмосковье, Донецке, Краматорске и других городах, а также за рубежом: 1978, 1979 — Чехословакия; 1993 — Люксембург; 1994, 1996 — Франция. Выставки в Париже нашли отклик в прессе, газеты писали, что работы Нины Сергеевой — это яркий пример русского классического искусства.
Помимо творческой, я вела активную общественную работу в Московском союзе художников. С 1974 по 1984 год я руководила комиссией по работе на селе. Десять лет комиссия организовывала ежегодные творческие командировки художников с отчетными выставками в сельских дворцах культуры и в Москве. Мы открыли несколько сельских картинных галерей, где были представлены подаренные художниками картины: в городе Долгопрудном‚ пос. Воронове, Льялове, Лотошине, Тотьме, Адыгее и других городах России. Художественному фонду СССР я подарила свою персональную выставку (40 картин). В 1984 году в Манеже была открыта выставка «Земля и люди» - итог работы нашей комиссии за 10 лет.
Выработанная годами привычка к регулярной активной творческой работе поддерживает меня до сегодняшнего дня. Каждое утро я отправляюсь В мастерскую, где попадаю в мир моих картин - это моя жизнь. Картины висят на стенах, стоят Вдоль стен на полу, как на смотру, — они всегда готовы к любому показу посетителям, к участию в выставках. Я сравниваю работы, сделанные в период творческих поездок по стране, и вижу, что теперь в моих работах цвет и свет стали мягче, стало больше солнца и тепла. Я люблю темы балета, обнаженные фигуры женщин на фоне моря с бликами солнечного света; моя постоянная тема — пейзаж всех широт. Последние годы я езжу два раза (весной и осенью) в Гурзуф — в Дом творчества им. К. Коровина. Оттуда я привожу новые работы, в которых на фоне моря стоят пронизанные южным солнцем букеты роз золотится осенняя листва приморского парка.
Я люблю жанровые сюжеты в картинах. У меня появились новые замыслы, новые темы. От моего увлечения балетом (картины «Урок танца», «Лебединое озеро», «Менуэт» и другие) я хотела бы перейти к современным темам: «Дискотека», «Кафе в Гурзуфе», «Стриптиз». Но, обратившись в поиске материала к современным журналам, я пришла в ужас: это даже не эротика, это порнография! Я не нашла в них ничего общего с моими представлениями о пластической красоте танца, красоте обнаженного тела. Мое искусство оптимистично. Я считаю, что должна нести людям радость, тогда они смогут сами преодолеть свои трудности и проблемы. Одна из посетительниц моей выставки сказала: «Ваши картины лечат». Да, я согласна: мир должна спасти красота.
Справка
Произведения Н.А. Сергеевой находятся в собраниях Министерства культуры РФ, Союза художников России, НИМ РАХ в Санкт-Петербурге, в художественных музеях и галереях Ангарска, Вологды, Донецка, Камышина, Кургана, Мурманска, Перми, Сочи и за рубежом: в Новой Пинакотеке в Мюнхене и собрании Людвига в Кельне. Б.

