Книги

Людмила Сапожникова - Дук

Член Московского союза художников

Реализм основан на знании законов природы. Цветом можно работать не только непосредственно с натуры. Темы я беру те, что созвучны душе, или вдохновляюсь тем, что поразило взгляд.  

Я родилась в Москве. В старом доме на Таганской улице прожила первые 27 Лет. Мама — художник декоративно-прикладного искусства. Тетя — скульптор. До 1966 года, не имея мастерской, она работала дома. В ее комнате стояли ванна с глиной и большой скульптурный станок. Она — первый человек, который в моем присутствии серьезно работал, а я, сколько себя помню, для нее позировала. В этой комнате были репродукции и книги по искусству, привезенные ею с фронта, из Германии, в основном классика и скульптура. Я еще не умела читать, хотя и начала рано (около пяти лет), когда пристрастилась рассматривать картинки в книгах. Из впечатлений детства помню лед в лучах весеннего солнца, стеклянные бусы, а летом — росу и цветные стекла дачной террасы.  

В детстве я рисовала очень мало. Меня никто не учил, хотя другие занятия поощрялись: танцы, фигурное катание, почему-то кружок буриме, за руку водили в спортивный бассейн МЭИ. Первое открытие — в 12 лет я начала рисовать с натуры беспомощные, но очень похожие карандашные портреты в пионерском лагере на Оке под Тарусой и акварельную композицию «Пляж». 

Сказать, что я хочу быть художником, я не решалась. Когда я все-таки призналась‚ родные решили иначе. В 15 лет я поступила в архитектурный техникум. Окончила его в 19. Первые два года были счастливыми. Они приблизили меня к искусству и творчеству (рисование с натуры, проектирование). Многие монастыри в 60-е годы перестали быть тюрьмами, и мы изучали древнерусскую архитектуру, путешествуя по святым местам. В 21 год я окончила рисовальные классы при Суриковском институте. В 23 года поступила в Художественный институт им. В.И. Сурикова (мастерская Е. Кибрика‚ затем дипломный курс - Б. Успенского). Учась в институте, я впервые вступила в Молодежное объединение МОСХа и участвовала в 1973 году в молодежной выставке на Кузнецком мосту.  

Благодаря моей подруге А. Солониной тайно от деканата ездила расписывать православные храмы в Летово (Рязанская область), Засечино (район Выши) и в Карачаев (Орловская область) с благословения местных патриархов. В 24 года я приняла таинство крещения в московской церкви на Гончарах. Поздно начавшееся академическое обучение закончилось для меня только в 1978 году. Затем я вышла замуж за архитектора и ювелира Валерия Дука и в 1979 году родила дочь. Настоящая творческая работа началась только с 1981 года, и опять с Тарусы.  

Второе дыхание — в 32 года, в том Доме творчества на Оке под Тарусой, где был и детский лагерь, я начала рисовать с натуры, как будто увидев в первый раз великолепную природу, испытывая два чувства — свободы и легкости письма, как будто рисую не я, а кто-то во мне. Работа стала счастьем, пейзажи получались сами собой, неожиданно мастерски уверенные, эмоционально-личные. Я страшно увлеклась, рисовала все подряд и жалела, что в сутках мало часов. Потом я постоянно участвовала в творческих поездках, во всевозможных выставках. Я. Якушин, давая мне рекомендацию в МОСХ, написал: «...человек живой и творческий, она явится хорошим пополнением Союза художников». Эти добрые слова мне и сейчас помогают. Тогда, в 80-е, было хорошее время для московских художников — как временный просвет между требованиями соцреалистичекого однообразия и нынешними требованиями «народного» вкуса. В институте разрешили изучать современное западное искусство. М. Алпатов посвящал лекции Мондриану, Вазарелли. Н. Третьяков — обратной перспективе иконы. Союз художников помогал осуществлять творческие проекты. Министерство культуры Непредвзято покупало работы с выставок. Это время вспоминаю с благодарностью. Появилось много хороших художников и Интересных выставок.  

В августе 1988 года в Доме творчества «Челюскинская» я начала новую цветную серию пастелей «Бабье лето». С этой поры к черно- белой графике я почти не возвращаюсь. Цветом можно работать не только непосредственно с натуры, Реализм основан на знании законов природы, Темами моих композиций стало то, что созвучно душе или поразило взгляд. К моему удивлению, эти работы были хорошо приняты, хотя я занималась экспериментированием. Но, видимо, это было время экспериментов. Летом 1988 года мы с мужем, дочерью и сестрой поехали в Чехию на один месяц. В 1991 году мы работали два месяца в Польше, в маленьком городке Яворе. В местном монастыре-музее прошла наша выставка.  

Начиналась трудная пора выживания - много работать, жить впроголодь, надеяться только на Бога. Дома в Москве все это началось несколько позже. Мне повезло, что к этой поре я была по- своему готова. Знала, что делать и как. Продолжала работать. Возникали частные галереи,появились и дельцы-мошенники. Некоторые работы, отданные «на доверие», пропадали. Кто- то, наоборот, помогал, покупал работы, устраивал выставки здесь и за рубежом. Два события 90-х годов наиболее значительны для меня. Утренний звонок: «Здравствуйте. Мы наметили с выставки в Манеже приобрести для Музея современного искусства ваши работы». И второе — встреча около моих работ на однодневной выставке в Центральном доме художника с искусствоведами В. Азаркович и Л. Лаптевой. Валентина Григорьевна с глубоким пониманием написала обо мне трогательное эссе «Краски Людмилы Сапожниковой». Там есть такие слова: «В нашей многотрудной жизни с бесконечными сложностями, вырастающими нередко до безвыходности, встреча с искусством Людмилы Сапожниковой - отрадное явление» Вскоре Валентины Григорьевны не стало, Не выдержало сердце, жизнь действительно была трудна. Эта случайная встреча определила мою дальнейшую судьбу. 


Страх перед искусством у меня не пропал, Профессия — Божье призвание к служению со страхом, трепетом и молитвой. Так говорил еще Иоанн Златоуст. В 1995 году за серию из трех пастелей я получила почетный диплом Академии художеств. Сейчас с большим удовольствием работаю маслом. Хочу дать и своим пастельным композициям новую жизнь.