Из частного собрания Артпанорама.
Выставка " Путь художника" приурочена к 120-летию со дня рождения Михаила Петровича Кончаловского и выстроена как последовательное движение — от ранних творческих поисков, сформированных в атмосфере мастерской его отца, знаменитого художника Петра Кончаловского, к обретению собственного пластического языка, в котором традиции школы отца получают личностное переосмысление и самостоятельное художественное развитие.
Начало пути. 1920–1930-е
Экспозиция открывается ранними произведениями конца 1920-х годов: «Генуэзская крепость» (1928), «Башня Кукуй. Новгород» (1928), «Балаклава» (1929). Здесь Кончаловский работает с архитектурой как с формой памяти: крепости, башни, древние города воспринимаются не как достопримечательности, а как устойчивые структуры времени.
Пейзажи начала 1930-х — «В лесной чаще» (1930), «Пейзаж» (1932) — показывают художника внимательного к плотности пространства, к соотношению плоскостей и глубины. Уже здесь заметна его склонность к сдержанной, выверенной живописной речи.
Натюрморт как состояние. 1930-е
Два «Охотничьих натюрморта» (1933, 1935) вводят важную для Кончаловского тему — натюрморт как самостоятельное живописное событие. Эти вещи не декоративны: они собраны, плотны, почти монументальны, в них чувствуется внутренняя дисциплина формы.
Время войны и города. 1940-е
Раздел 1940-х годов звучит особенно сдержанно. «Стратостаты» (1942) — редкая акварель, воспринимается как знак эпохи, «Большая Грузинская улица» (1942) и «Весна. Конюшковская улица» (1943) — Москва военного времени, увиденная без драматизации, но с предельной честностью. Рядом — «Осеннее утро» (1939), «Зима. Дача» (1937), «Синяя дача» (1938), «Зима» (ок. 1938). Мотивы подмосковного быта раскрываются как пространство тишины и внутренней устойчивости. Художника занимает не действие, а состояние – ровное дыхание природы, человеческое присутствие в пейзаже, ощущение непрерывности времени.
Послевоенная ясность. 1940–1950-е
Работы «Цветущий сад» (1946), «Двор с лошадью» (1946), «Весна» (1948), «Цветущая яблоня» (1954), «Весна, река Протва» (1954) демонстрируют период особой живописной ясности. Цвет становится светлее, пространство — свободнее, композиции — более открытыми.
Отдельное место занимает «Первые шаги (Портрет Андрона Кончаловского)» (1938) — редкий личный акцент в общей, сдержанной интонации выставки.
Дороги, монастыри, лошади. 1960–1970-е
В более поздних пейзажах — «Весна. Суздаль» (1960), «Пафнутьев-Боровский монастырь» (1978), «Пафнутьев-Боровский монастырь. Тайницкая башня» (1970) — Кончаловский снова обращается к теме архитектуры, но теперь она лишена напряжения и воспринимается как часть природного ритма.
Мотив лошади — «Лошадь, запряжённая в телегу» (1958), «Лошадь в хлеву» (1950–60-е) — звучит спокойно и почти символически: как образ труда, пути и устойчивости.
Поздние натюрморты. Итог
Финал экспозиции составляют натюрморты 1960–1990-х годов: «Грибы» (1969), «Натюрморт с вальдшнепами» (1965), «Натюрморт с гранатами» (1970), «Фрукты на окне» (1975), «Книги и трубки» (1978), «Бекасы и баранья нога» (1984), «Подсолнухи» (1998). Это живопись итогов: без резких жестов, без стремления к эффекту. В этих работах Кончаловский предстаёт художником внутренней тишины, для которого форма, цвет и предмет существуют в равновесии.
Заключение.
Эта выставка из частного собрания показывает Михаила Кончаловского не как автора отдельных знаковых произведений, а как художника пути. Проходя вдоль экспозиции, зритель движется вместе с ним — от ранних поисков к зрелой ясности, от наблюдения к спокойному принятию мира.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Режим работы в марте 2026 г.13 фев,2026
«Путь художника» М. П. Кончаловский06 фев,2026
Анонс выставки М.П. Кончаловского в АртефактеАрхив новостей
Книги
>>Женщины художники Москвы( путь в искусстве)
Татьяна Назаренко.
Заслуженный художник Российской Федерации.
Действительный член Российский Академии художеств.
Член Московского союза художников.
«Мысль изреченная есть ложь» Ф. Т ю т ч е в . Это мое любимое высказывание моего любимого поэта. Говорю и пишу все, как есть, как я вижу Хотя сказанное сегодня, завтра может быть услышано по-другому.
У меня была самая обычная семья. Папа, мама, Ната, сестра мамы, и бабушка. Жили мы около Плющихи, в Земледельческом переулке в старом шестиэтажном доходном» доме. На шестом этаже жила сестра бабушки тетя Дуня с мужем, у которых меня часто оставляли, когда я была маленькой. Помню чудесные витражи на парадной лестнице и сцены охоты при входе в дом, лепные потолки с головками львов и грифонов. Жили мы в двух комнатах в большой коммунальной квартире. На стенах висели три картины пастелью, которые нарисовал дедушка. Помню с детства бабушкино выражение «у стен имеются уши», так как дедушка был репрессирован и потом расстрелян, и, думаю, это сильно повлияло на нашу жизнь и на мое мировоззрение. Сколько себя помню, воспитывали меня Ната с бабушкой, потому что папа был военный и они с мамой были то на Камчатке, то на Сахалине то во Во Владимире. Последняя квартира, которую я хорошо помню, потому что проводила там каникулы и привозила туда своего старшего сына Николку‚ и мебель, из которой перекочевала потом в Москву, была в Рязани, где папа с мамой прожили 18 лет. В 11 лет меня отдали в МСХШ, про прием в которую услышали мои родители по радио. Я чудом сдала экзамены по рисунку, живописи и композиции, про которые я раньше и не слышала, так- же как не знала разницы между акварельными и масляными красками. С тех пор я рисую и пишу. После этой школы редко кто не стал художником, потому что шесть часов в день рисунка и живописи не оставляли времени ни на что другое. Потом был Художественный институт имени Сурикова, первые молодежные выставки. В то время была парадоксальная ситуация. Для вступления в Союз художников СССР надо было иметь не менее трех выставок (московскую, республиканскую и всесоюзную), а на выставки брали работы только членов союза. После VII| Молодежной выставки, со скандалом закрытой из-за нескольких работ, которые из-за нескольких работ которые отказались снять выставком, среди них была и моя «Узбекская свадьба», я была принята в Союз Художников. В том же 1969 году после окончания института мне предложили учиться в аспирантуре или работать в мастерской Академии художеств СССР, руко- водителем которой был Г. М. Коржев. Тогда же, после института, я поехала в Италию на месяц, в резиденцию Академии художеств, где увидела запомнившиеся на всю жизнь и многое определившие в моем творчестве фрески Джотго, Мазаччо, Мантеньи‚ Лоренцетти. Три года я работала в мастерской Академии, где были написаны и «Казнь народовольцев» (ГТГ), и «Портрет цирковой актрисы» (собрание П. Людвига), и «Воскресенье в лесу» (частная коллекция США), и другие работы. За картину «Казнь народовольцев» я стала лауреатом премии Московского комсомола, меня стали избирать в разные комиссии, то есть я получила официальное признание и нелюбовь коллег. Мой старший сын Николай родился 14 марта 1971 года, когда я писала этот громадный холст. У меня сохранилась фотография, где я, беременная, стою на стремянке и пишу виселицу, еле доставая кисточкой до перекладины из-за своего большого живота. Сколько себя помню, я много работала, хотя почти всегда оставалась недовольна результатом. Может быть, излишняя требовательность к себе — это черта моего характера. Потом было еще много выставок в стране и за рубежом. Конечно, запомнились самые первые, еще в ГДР (с Е. Ключевской и А. Корсаковой), потом мои первые персональные в Германии в Реклингхаузене и Бремене. В 1982 году была выставка в ФРГ «Русское искусство сегодня», и на афише, обложке каталога и пригласительном билете была напечатана моя работа «Встречайтесь Нового года». Я была приглашена в Гамбург на открытие выставки, но никуда не поехала и до 1986 года, начала перестройки, стала «невыездной». В 1987 году у меня родился второй сын, Саша, и в этом же году состоялись первые персональные выставки в Одессе (в Музее русского и западного искусства), Киеве и Львове. Выставки были летом, и я ездила на них, перебинтовывая грудь, потому что кормила ребенка. а Потом был 1988 год, поездка по приглашению П. Людвига на выставку «Русского искусства» в Кельн, а по возвращении приняла участие в знаменитом аукционе «Сотбис» в Москве, который сильно изменил жизнь многих художников. Поездки в США, мои персональные выставки в галереях Бостона, Вашингтона, Нью-Йорка, выставка в Вашингтоне в Национальном музее “Женщины в искусстве» - это все продолжение моей жизни в искусстве. В 1996 году в Центральном доме художника в Москве состоялась моя выставка «Переход», которая потом с успехом была показана в Германии, Америке, Франции, Финляндии. в 1998 году меня избрали членом-корреспондентом Российской Академии художеств, а в 2001 году - действительным членом и членом 31996 Год Президиума РАХ. Естественно, я не могу написать в краткой биографии всего, что было в моей жизни, и вот сейчас, когда я пишу эти строчки (январь 2005 года), в ГТГ проходит моя выставка «Фрагменты», где собраны работы из ГТГ, коллекции музея «Арбат- престиж», мои последние работы и картины из мастерской, с которыми жаль было расставаться. В них я попыталась создать представление о жизни, которой жили и живут мои современники. в последних работах я представила новый поиск пластического решения картины, но это опять все та же тема трагедийности сегодняшнего бытия которое я всегда остро ощущаю.
Биографическая справка Родилась 24 апреля 1944 года в Москве.Окончила Московскую среднюю художественную школу и Московский академический художественный институт им. В.И. Сурикова. Училась у Д.Д. Жилинского и А.М. Грицая. Работала в творческой мастерской АХ СССР у Г. М. Коржева. 1988 — Серебряная медаль Академии художеств СССР. 1993 — лауреат Государственный премии Российской Федерации. С 1999 — профессор кафедры живописи и руководитель мастерской станковой живописи Московского академического художественного института им. В.И. Сурикова. С 2001 — действительный член Российской Академии художеств. Член Президиума РАХ.

