Из частного собрания Артпанорама.
Выставка " Путь художника" приурочена к 120-летию со дня рождения Михаила Петровича Кончаловского и выстроена как последовательное движение — от ранних творческих поисков, сформированных в атмосфере мастерской его отца, знаменитого художника Петра Кончаловского, к обретению собственного пластического языка, в котором традиции школы отца получают личностное переосмысление и самостоятельное художественное развитие.
Начало пути. 1920–1930-е
Экспозиция открывается ранними произведениями конца 1920-х годов: «Генуэзская крепость» (1928), «Башня Кукуй. Новгород» (1928), «Балаклава» (1929). Здесь Кончаловский работает с архитектурой как с формой памяти: крепости, башни, древние города воспринимаются не как достопримечательности, а как устойчивые структуры времени.
Пейзажи начала 1930-х — «В лесной чаще» (1930), «Пейзаж» (1932) — показывают художника внимательного к плотности пространства, к соотношению плоскостей и глубины. Уже здесь заметна его склонность к сдержанной, выверенной живописной речи.
Натюрморт как состояние. 1930-е
Два «Охотничьих натюрморта» (1933, 1935) вводят важную для Кончаловского тему — натюрморт как самостоятельное живописное событие. Эти вещи не декоративны: они собраны, плотны, почти монументальны, в них чувствуется внутренняя дисциплина формы.
Время войны и города. 1940-е
Раздел 1940-х годов звучит особенно сдержанно. «Стратостаты» (1942) — редкая акварель, воспринимается как знак эпохи, «Большая Грузинская улица» (1942) и «Весна. Конюшковская улица» (1943) — Москва военного времени, увиденная без драматизации, но с предельной честностью. Рядом — «Осеннее утро» (1939), «Зима. Дача» (1937), «Синяя дача» (1938), «Зима» (ок. 1938). Мотивы подмосковного быта раскрываются как пространство тишины и внутренней устойчивости. Художника занимает не действие, а состояние – ровное дыхание природы, человеческое присутствие в пейзаже, ощущение непрерывности времени.
Послевоенная ясность. 1940–1950-е
Работы «Цветущий сад» (1946), «Двор с лошадью» (1946), «Весна» (1948), «Цветущая яблоня» (1954), «Весна, река Протва» (1954) демонстрируют период особой живописной ясности. Цвет становится светлее, пространство — свободнее, композиции — более открытыми.
Отдельное место занимает «Первые шаги (Портрет Андрона Кончаловского)» (1938) — редкий личный акцент в общей, сдержанной интонации выставки.
Дороги, монастыри, лошади. 1960–1970-е
В более поздних пейзажах — «Весна. Суздаль» (1960), «Пафнутьев-Боровский монастырь» (1978), «Пафнутьев-Боровский монастырь. Тайницкая башня» (1970) — Кончаловский снова обращается к теме архитектуры, но теперь она лишена напряжения и воспринимается как часть природного ритма.
Мотив лошади — «Лошадь, запряжённая в телегу» (1958), «Лошадь в хлеву» (1950–60-е) — звучит спокойно и почти символически: как образ труда, пути и устойчивости.
Поздние натюрморты. Итог
Финал экспозиции составляют натюрморты 1960–1990-х годов: «Грибы» (1969), «Натюрморт с вальдшнепами» (1965), «Натюрморт с гранатами» (1970), «Фрукты на окне» (1975), «Книги и трубки» (1978), «Бекасы и баранья нога» (1984), «Подсолнухи» (1998). Это живопись итогов: без резких жестов, без стремления к эффекту. В этих работах Кончаловский предстаёт художником внутренней тишины, для которого форма, цвет и предмет существуют в равновесии.
Заключение.
Эта выставка из частного собрания показывает Михаила Кончаловского не как автора отдельных знаковых произведений, а как художника пути. Проходя вдоль экспозиции, зритель движется вместе с ним — от ранних поисков к зрелой ясности, от наблюдения к спокойному принятию мира.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Режим работы в марте 2026 г.13 фев,2026
«Путь художника» М. П. Кончаловский06 фев,2026
Анонс выставки М.П. Кончаловского в АртефактеАрхив новостей
Книги
>>Женщины художники Москвы( путь в искусстве)
Елена Ларичева
Член Творческого Союза художников России.
Член творческого объединения женщин - художников «Ирида»
Президент Ассоциации художников - педагогов Москвы и Подмосковья. Моя страстная любовь к учебе, освоение новых техник письма расширяет диапазон художественных возможностей е передаче состояния природы, настроения. Мой отец был военным строителем аэродромов и космодромов, мама — его верная боевая подруга. Я росла в основном с бабушкой, которая, безусловно, повлияла на формирование моего характера и приобщила к рисованию, считая его обязательной частью воспитания ребенка. Художником я стала впоследствии благодаря мужу, который поддержал мое желание переквалифицироваться из инженера в художника-педагога. Первое высшее образование на градостроительном факультете МИСИ я получила за 2 месяца до рождения дочери. К этому времени у меня уже подрастал Полуторагодовалый сын. Сидя дома с детьми, я поступила в ЗНУИ (Заочный народный университет искусств) на факультет станковой живописи и графики. До сих пор храню светлую память об Алексее Семеновиче Айзенмане, ученике Крымова, - моем тогдашнем наставнике. Растила детей с энтузиазмом, приглашала к ним различных педагогов, в том числе и по изобразительном искусству. Эти уроки мне так понравились. что я их законспектировала. С этого времени началось мое увлечение педагогикой. Первую педагогическую практику я освоила в подмосковных пионерских лагерях «Мир» и «Вербилки». После пятилетнего заточения дома и на даче я получила возможность раскрыть мои природные педагогические таланты. Я вела кружок рисования, сочиняла стихи и песенки для театрализованных представлений, рисовала портреты сотрудников. Рисунки моих учеников из лагеря «Вербилки» я показала на выставке в нашем Дзержинском Доме пионеров, и меня пригласили на работу в школу Номер 1216. Работая в школе, я с огромным энтузиазмом кинулась заниматься самообразованием, в том числе на курсах повышения квалификации. А в 1985 году директор школы мне говорит: «Все учишься, Елена Ивановна... Шла бы в институт!» Я и пошла. В 1990 году я с отличием окончила художественно-графический факультет педагогического института. Светлый след оставили педагоги: Людмила Сергеевна Карамушко (блестящий акварелист) и Александр Вячеславович Свешников (мой руководитель диплома). Диплом был по портрету. Это было самое счастливое время моей жизни. С этюдником не расставалась, написала более 30 портретов. В тяжелые 1980-е годы портретное искусство помогало мне зарабатывать на жизнь. Даже «на панель» ходила. Сочинила песенку:
Я, уличный художник,
Рисую всех подряд.
И в снег, и в зной, и в дождик,
И взрослых, и ребят...
И осенью, и летом,
Зимой и в дни весны
Летят мои портреты
Во все концы страны.
Отчасти пробовала подрабатывать и «деревяшками». Красила матрешек, посуду. Эти навыки неожиданно пригодились мне в будущем. В 1997 году мне предложили выполнить заказ: портретную матрешку семьи президента Татарстана. Этнографические поиски, выдумка, ограниченные сроки (у президента близился юбилей), но все мои усилия увенчались успехом: гонорара хватило на скромную поездку в Париж, куда мы отправились со свекровью в честь ее семидесяти- летия автобусом через всю Европу. В 1995 году я пришла в студию «Акваживопись» к Нине Ивановне Щербаковой-Ионовой и стала «мокрушничать». Помимо цветочных натюрмортов и пейзажей мне интересно было эти приемы использовать в портрете. В 1998 году я написала портрет девочки (моей ученицы Тани Гпебовой). Портрет стал лауреатом конкурса «Детского жюри» во время «Весеннего салона-98»-творческого конкурса женщин-художников. Работа в студии «Акваживопись» познакомила меня с творческим объединением «Ирида». Вместе с «Иридой» я побывала на весеннем пленэре в доме творчества в Переславле-Залесском (на родине моих предков). А летом того же года с «Иридой» отправилась в Великий Новгород с выставкой и опять работой на пленэре. Это было потрясающе и замечательно. Я подумала: «Вот бы привезти сюда мою Ассоциацию художников-педагогов!» Через 4 года я осуществила задуманное. С клубом художников-педагогов при подмосковном Институте усовершенствования учителей я познакомилась через своих однокашников по худграфу, а в 1995 году груз организационных забот на пленэре взяла на свои плечи. Художники-педагоги избрали меня президентом своей ассоциации. Клуб растет. К Подмосковью присоединились москвичи. Каждый июль — пленэр. Три недели полного коллективного погружения в творчество. Каждый участник пленэра привозит с собой картину в подарок тому месту, где происходит пленэр. В начале пленэра картины выставляются, их смотрит весь город. Каждый октябрь — выставка в Москве, посвященная Дню учителя. Каждый четверг — совместные занятия живописью и обмен творческим и педагогическим опытом в Центре непрерывного художественного образования. Моя страстная любовь к учебе привела меня в школу акварели Андрияки. Теперь стиль моих акварелей изменился. Помимо живой непредсказуемой живописи «по-мокрому», я научилась длительному кропотливому многослойному письму классической школы. Каждый раз, осваивая новую технику письма, я расширяю диапазон своих художественных возможностей в передаче состояния природы, настроения. Моя первая заграничная поездка состоялась в декабре 1994 года на рождественской неделе в Каталонию (Испания) Целью поездки являлась выставка в Риполе - небольшом городке, расположенном в горах неподалеку от Французской границы. Мне удалось там неплохо заработать. В основном портретами. Приходили ко мне позировать целыми семьями. Местных жителей очень радовало, что нос и глаза располагаются на положенных им местах. Все местные художники, огромные мастерские которых мне посчастливилось посетить, были авангардисты. Доменико Батальо, чьими работами был украшен наш отель, подарил мне два холста хорошего качества, и мы стали писать друг друга с натуры. Я написала честный этюд маслом: бородатый симпатичный художник (наверное, они по всему миру одинаковые!) За это была удостоена восторженных возгласов: «Аrtisto!» А Доменико Батальо нарисовал мне вместо головы палитру. Я обиделась, считая себя человеком многогранным и женщиной интересной, но виду не подала. На Рождество наша группа отправилась в Барселону, где мы были потрясены творениями великого архитектора Гауди: парк Гийоль и Saqrada и Familia. На следующий год я поехала в Чехию. Богемия, где я жила в городке Румбурке, прекрасна. Прага — изумительна. Результатом поездки стал цикл работ, посвященных Чехии. Мне посчастливилось участвовать по приглашению главного попечителя имения Рерихов в творческой экспедиции по Гималаям. Результат- серия работ, выполненных в Гималаях, на малом Тибете, в Дели маслом, акварелью, пастелью. Впечатлений хватило бы на целую книгу. Семнадцать незабываемых дней... В 2000 году 18 мая, в день рождения Папы Римского, открылась выставка художников «Ириды» в Риме, у стен Ватикана. Это была уникальная поездка по Италии и тесный контакт с иностранным зрителем. «Ирида» — дружная большая семья, подставляющая плечо, когда трудно, организующая праздники и трудовые будни, творческие поездки и интересные программы. Как руководитель, я многому учусь у Марии Сергеевны Эсмонт и, как никто, понимаю сложность ее организаторской жизни. «Ирида» не мешает моей творческой деятельности и в Ассоциации педагогов, и в выставках других объединений. Расширяется география Моего Международного выставочного участия.

