Из частного собрания Артпанорама.
Выставка " Путь художника" приурочена к 120-летию со дня рождения Михаила Петровича Кончаловского и выстроена как последовательное движение — от ранних творческих поисков, сформированных в атмосфере мастерской его отца, знаменитого художника Петра Кончаловского, к обретению собственного пластического языка, в котором традиции школы отца получают личностное переосмысление и самостоятельное художественное развитие.
Начало пути. 1920–1930-е
Экспозиция открывается ранними произведениями конца 1920-х годов: «Генуэзская крепость» (1928), «Башня Кукуй. Новгород» (1928), «Балаклава» (1929). Здесь Кончаловский работает с архитектурой как с формой памяти: крепости, башни, древние города воспринимаются не как достопримечательности, а как устойчивые структуры времени.
Пейзажи начала 1930-х — «В лесной чаще» (1930), «Пейзаж» (1932) — показывают художника внимательного к плотности пространства, к соотношению плоскостей и глубины. Уже здесь заметна его склонность к сдержанной, выверенной живописной речи.
Натюрморт как состояние. 1930-е
Два «Охотничьих натюрморта» (1933, 1935) вводят важную для Кончаловского тему — натюрморт как самостоятельное живописное событие. Эти вещи не декоративны: они собраны, плотны, почти монументальны, в них чувствуется внутренняя дисциплина формы.
Время войны и города. 1940-е
Раздел 1940-х годов звучит особенно сдержанно. «Стратостаты» (1942) — редкая акварель, воспринимается как знак эпохи, «Большая Грузинская улица» (1942) и «Весна. Конюшковская улица» (1943) — Москва военного времени, увиденная без драматизации, но с предельной честностью. Рядом — «Осеннее утро» (1939), «Зима. Дача» (1937), «Синяя дача» (1938), «Зима» (ок. 1938). Мотивы подмосковного быта раскрываются как пространство тишины и внутренней устойчивости. Художника занимает не действие, а состояние – ровное дыхание природы, человеческое присутствие в пейзаже, ощущение непрерывности времени.
Послевоенная ясность. 1940–1950-е
Работы «Цветущий сад» (1946), «Двор с лошадью» (1946), «Весна» (1948), «Цветущая яблоня» (1954), «Весна, река Протва» (1954) демонстрируют период особой живописной ясности. Цвет становится светлее, пространство — свободнее, композиции — более открытыми.
Отдельное место занимает «Первые шаги (Портрет Андрона Кончаловского)» (1938) — редкий личный акцент в общей, сдержанной интонации выставки.
Дороги, монастыри, лошади. 1960–1970-е
В более поздних пейзажах — «Весна. Суздаль» (1960), «Пафнутьев-Боровский монастырь» (1978), «Пафнутьев-Боровский монастырь. Тайницкая башня» (1970) — Кончаловский снова обращается к теме архитектуры, но теперь она лишена напряжения и воспринимается как часть природного ритма.
Мотив лошади — «Лошадь, запряжённая в телегу» (1958), «Лошадь в хлеву» (1950–60-е) — звучит спокойно и почти символически: как образ труда, пути и устойчивости.
Поздние натюрморты. Итог
Финал экспозиции составляют натюрморты 1960–1990-х годов: «Грибы» (1969), «Натюрморт с вальдшнепами» (1965), «Натюрморт с гранатами» (1970), «Фрукты на окне» (1975), «Книги и трубки» (1978), «Бекасы и баранья нога» (1984), «Подсолнухи» (1998). Это живопись итогов: без резких жестов, без стремления к эффекту. В этих работах Кончаловский предстаёт художником внутренней тишины, для которого форма, цвет и предмет существуют в равновесии.
Заключение.
Эта выставка из частного собрания показывает Михаила Кончаловского не как автора отдельных знаковых произведений, а как художника пути. Проходя вдоль экспозиции, зритель движется вместе с ним — от ранних поисков к зрелой ясности, от наблюдения к спокойному принятию мира.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Режим работы в марте 2026 г.13 фев,2026
«Путь художника» М. П. Кончаловский06 фев,2026
Анонс выставки М.П. Кончаловского в АртефактеАрхив новостей
Шухаев Василий Иванович (1887 - 1973)
Василий Иванович Шухаев отдал искусству больше шестидесяти лет. Он принадлежит к поколению старейших художников, чья творческая деятельность началась в 1910-е годы. Наследие его включает станковую живопись и графику, монументальные росписи и книжные иллюстрации, театральные декорации и костюмы. И все же искусство Шухаева еще не открыто широкому зрителю. Шухаев остался в стороне от бурного формирования русского искусства начала ХХ века. Молодым и складывающимся художником он не примкнул ни к одному из движений «авангарда». Его имя не связано ни с одной из известных художественных группировок 1910—1920-х годов. Шухаев присоединился к «Миру искусства» и участвовал в его выставках уже на закате этого яркого явления русской художественной культуры. Но по существу он не был «мирискусником», хотя позже, в 1920-е годы, отзвуки идей и идеалов «Мира искусства» проявились в его деятельности художника книги и театра. Однако Шухаев не остался вне школы. В становлении художника определяющую роль сыграла его учеба у Д. Н. Кардовского в Академии художеств. Ученик принял главное в художественной позиции учителя. Он писал ему: «Вы первый и единственный в России учили грамоте и ремеслу в искусстве, постоянно твердили, что из ученика своего Вы не делаете художника, а лишь мастера. Я согласился и стал исповедовать то же учение... Идея мастерства меня поглотила целиком». Стремление войти в искусство через «высокое ремесло» и мастерство вызвало живой и страстный интерес к классической живописи, желание разгадать тайну ее воздействия, научиться свободно и легко преодолевать профессиональные трудности. Как подчеркивает сам Василий Иванович в своих рукописных автобиографических записках, постижению этой «тайны старых мастеров» способствовали занятия в новой мастерской Академии, руководимой Д. И. Кипликом, где изучалась техника живописи. Полное принятие принципов школы Кардовского, возможно, было предопределено тем, что Шухаев учился прежде всего «ремеслу» н в Московском Строгановском училище. И именно такое отношение к искусству художник пронес через всю жизнь. Художника, стремящегося подняться по мастерству в уровень с великими мастерами ХVI века, представляют несколько архаически-торжественные портреты Ларисы Рейснер (1915), Е. Н. Шухаевой (1917) и «Дамы в парчовом платье» (1956). Написанные на доске, покрытой тончайшим листовым золотом, они обрели нечто общее с изысканной драгоценностью- качество, давно утраченное станковой живописью нового времени. Но и в этих портретах художник предстает не холодным умозрительным стилизатором, а стремится выразить вечные, непреходящие идеалы красоты, гармонии, значительности. Шухаев досконально знал технику фресковой и масляной живописи, преодолел «трудную темперную живопись», в старости пробовал энкаустнку. Познавая секреты старых мастеров, находил и новые— свои. Вместе с другом и единомышленником со времен мастерской Кардовского—А. Е. Яковлевым Шухаев впервые использует сангину как пластический материал, лепящий форму. Для монументальных росписей в 1930-е годы Шухаев и Яковлев впервые обращаются к живописи на зеркале, снимая по контуру рисунка амальгаму и заполняя рисунок цветом. Художник не стоял на месте, он развивался и эволюционировал — от чрезвычайной приближенности к старым мастерам в ранних портретах и натюрмортах с их несколько «музейным» колоритом к раскованной проникновенности в живой мир в пейзажах и портретах 1920—1930-х годов и, наконец, к еще большей одухотворенности, насыщенности человеческим присутствием и естественности в пейзажах и натюрмортах грузинского периода. Лучшие пейзажи конца 1920-х годов по гармонической ясности, чистоте мироощущения, величию и особому чувству вечности природы хочется назвать «пуссеновскими». Шухаеву принадлежит заслуга в создании особого типа портрета современника —психологически точного и репрезентативного одновременно, передающею активное, волевое начало в человеке, окрашенного особой, специфически шухаевской зоркостью и трезвостью оненки. Помимо портретов друзей и близких, художником создана портретная галерея деятелей русской и советской культуры. Принцип живописи художника—синтетический. Шухаев — в первую очередь мастер картины, в которой всегда присутствует монументальное начало. Принадлежность к школе Кардовского предопределила собственную педагогическую деятельность Шухаева. Среди его учеников следует назвать Николая Павловича Акимова. Особенно обязаны Шухаеву- педагогу выпускники Тбилисской Академии художеств, где Василий Иванович преподавал последние двадцать пять лет своей жизни. Как уже отмечалось, Шухаев-художник первых десятилетий века стоял несколько особняком по отношению к изобразительному искусству своего времени. Но близкие ему явления мы находим в других формах русской культуры той поры-например, «неоклассике» в архитектуре и скульптуре. Недаром Шухаева хорошо знали и считали «своим» архитекторы. Он начинал работать с А. В. Щусевым, а для росписи плафона дома Фирсановой в Москве был приглашен А. И. Тамановым (Таманяном), построившим этот дом. Невольно вспоминается и «Цех поэтов», объединивший тогда представителей «серебряного века русской поэзии», где само слово «цех» говорит о близости позиции. Ведь объединение художников-единомышленников во главе с «мастерами» — Кардовским, Шухаевым, Яковлевым называлось «Цех святого Луки». Наверное, для поэтически точного, емкого и глубокого определения принципов, которые исповедовал Василий Иванович Шухаев, следует привести известную строку: Я знаю, что Венера — дело рук, Ремесенник, я знаю ремесло. Вопрос о «неоклассике» в русской культуре начала века еще не раскрыт, а в изобразительном искусстве-по существу даже не поставлен, хотя художественный опыт последних лет говорит о том, что эти традиции и тенденции именно сейчас чрезвычайно сильны в советском искусстве. Проблема в целом еще ждет своего исследователя, работа которого может существенно дополнить и изучение творчества Василия Ивановича Шухаева. Основное творческое наследие В. И. Шухаева сосредоточено в музеях и частных коллекциях Советского Союза. Многие работы художника хранятся также в музеях и частных собраниях за рубежом. Первая большая посмертная экспозиция работ художника в Москве, приуроченная к 90-летию со дня рождения. Она организована по инициативе Министерства культуры Грузинской ССР Союзом художников СССР, Государственным музеем искусства народов Востока и Государственной картинной галереей Грузии. По материалам вступительной статьи к каталогу "Василий Иванович Шухаев", советский художник, Москва 1977г.
Галерея Артпанорама для своей экспозиции купит картины и графику художника Шухаева Василия Ивановича.
Фото картин можно выслать на почту artpanorama@mail.ru или связаться по
Тел. +7 903 509 83 86
WhatsApp +7 903 509 83 86
Viber +7 903 509 83 86

