Книги

Очертания его расплывчаты, как и у любого художественного направления. Отдельные мастера уходили в сторону, но ни шаг вправо, ни шаг влево не приводил к смерти всего направления. В 1960-х годах «суровый стиль» оформился также содержательно, ибо новое время породило новые общественные настроения, идеи, мироотношение, и он закрепил их в характерной для него системе образности. В этом, кстати, и сказалась жизнь традиции, которая не могла быть единообразной для живописи всех веков. В потоке нового искусства 1960-х годов наметились два фланга. В стилистическом плане их расхождения иногда были очевидны, а иногда - трудноразличимы. В плане подхода к оценке своего времени совпадений больше. У художников, причисленных Каменским к «суровым», преобладала деформация натуры. У ряда художников, так сказать, традиционной ориентации натура постепенно тоже испытывала превращения, что свидетельствовало о некотором сближении стилистики, и наоборот, крайние «суровые» нередко приближались к натурому письму. Проблематика сближалась в том отношении, что никто не принял идеологию соцреализма о «счастливом детстве», но каждый имел свою шкалу ценностей. Более традиционные художники обращены были к периферии, к ее запустению, ставили вопрос об утрате культурных ценностей, возвращали внимание к своеобразию национальных пристрастий и образа мыслей.«Суровые» проявили интерес к отдельному человеку и его судьбе, что тоже не было исключено из творчества традиционалистов. социальный взгляд на вещи присущ был и тем и другим. Так же трудно установить хронологические границы «сурового стиля» одни представители которого остались верны себе до конца ХХ века, а другие меняли творческие пристрастия. Литература и искусство 1960-х годов подвергли сомнению все нравственные устои общества,оказавшиеся ложными, излишне формализованными, не отвечающие реальным жизненным потребностям общества. Возникло стремление к пересмотру существующей системы ценностей, к выводу общества из трясины мифологизированного сознания, к ликвидации разрыва между реальностью и вымыслом. Вполне естественно, что показывая реальность - будь то в позитивной или негативной интерпретации - искусство осуждало вымышленную социальной демагогией реальность. Эта содержательная сторона «сурового стиля» вызвала ответную реакцию руководящих органов, явственно проявившуюся в ходе посещения Н. Хрущевым выставки в честь 30-летия Московской организации Союза художников (МОСХ) и в последовавшей затем разгромной критике выставки со стороны ЦК КПСС. Неприятие властями содержательной стороны творчества «суровых» обьяснимо. Однако главное внимание было обращено на непонятную, ненатуральную форму, манеру исполнения, сквозь которую власти не сумели усмотреть никакого содержания. Расширение очертаний пластической формы было для того времени вопросом свободы высказывания,а не социальной оценки и тем более несогласия с общественным устройством. Литература в этот период начала социальную критику существующего порядка в стране (Ф. Абрамов, В. Распутин, А. Солженицын, В. Астафьев, В. Шукшин, А. Твардовский). С аналогичной критикой выступило «традиционное» искусство, ориентированное на группу «Московских живописцев» и «Союз русских художников». Тем не менее власть сосредоточилась на борьбе с «формализмом», почему-то усмотрев в нем наибольшую опасность для идеологии. Однако раскрепощение искусства началось и никакие вышестоящие окрики не могли остановить его. Юбилейная выставка 50-летия МОСХа в Манеже была скандальной, поскольку явно отходила от принятых догматов, допуская деформацию натуры. Художники пусть и не пробили брешь в системе соцреализма, который превратил к этому времени содержание в стереотип всеобщего благоденствия и подчинил его натурной форме, не допускающей малейшего отклонения от лощеной живописи, но обозначили начало новых подходов, главным образом в пластическом выражении. Резкие перемены в изобразительном искусстве почему то начались не с содержания, не с идейной концепции, не с идеологии, а с формы воплощения. именно в форме видели оппозицию, сопротивление принятым правилам игры.