Из частного собрания Артпанорама.
Выставка " Путь художника" приурочена к 120-летию со дня рождения Михаила Петровича Кончаловского и выстроена как последовательное движение — от ранних творческих поисков, сформированных в атмосфере мастерской его отца, знаменитого художника Петра Кончаловского, к обретению собственного пластического языка, в котором традиции школы отца получают личностное переосмысление и самостоятельное художественное развитие.
Начало пути. 1920–1930-е
Экспозиция открывается ранними произведениями конца 1920-х годов: «Генуэзская крепость» (1928), «Башня Кукуй. Новгород» (1928), «Балаклава» (1929). Здесь Кончаловский работает с архитектурой как с формой памяти: крепости, башни, древние города воспринимаются не как достопримечательности, а как устойчивые структуры времени.
Пейзажи начала 1930-х — «В лесной чаще» (1930), «Пейзаж» (1932) — показывают художника внимательного к плотности пространства, к соотношению плоскостей и глубины. Уже здесь заметна его склонность к сдержанной, выверенной живописной речи.
Натюрморт как состояние. 1930-е
Два «Охотничьих натюрморта» (1933, 1935) вводят важную для Кончаловского тему — натюрморт как самостоятельное живописное событие. Эти вещи не декоративны: они собраны, плотны, почти монументальны, в них чувствуется внутренняя дисциплина формы.
Время войны и города. 1940-е
Раздел 1940-х годов звучит особенно сдержанно. «Стратостаты» (1942) — редкая акварель, воспринимается как знак эпохи, «Большая Грузинская улица» (1942) и «Весна. Конюшковская улица» (1943) — Москва военного времени, увиденная без драматизации, но с предельной честностью. Рядом — «Осеннее утро» (1939), «Зима. Дача» (1937), «Синяя дача» (1938), «Зима» (ок. 1938). Мотивы подмосковного быта раскрываются как пространство тишины и внутренней устойчивости. Художника занимает не действие, а состояние – ровное дыхание природы, человеческое присутствие в пейзаже, ощущение непрерывности времени.
Послевоенная ясность. 1940–1950-е
Работы «Цветущий сад» (1946), «Двор с лошадью» (1946), «Весна» (1948), «Цветущая яблоня» (1954), «Весна, река Протва» (1954) демонстрируют период особой живописной ясности. Цвет становится светлее, пространство — свободнее, композиции — более открытыми.
Отдельное место занимает «Первые шаги (Портрет Андрона Кончаловского)» (1938) — редкий личный акцент в общей, сдержанной интонации выставки.
Дороги, монастыри, лошади. 1960–1970-е
В более поздних пейзажах — «Весна. Суздаль» (1960), «Пафнутьев-Боровский монастырь» (1978), «Пафнутьев-Боровский монастырь. Тайницкая башня» (1970) — Кончаловский снова обращается к теме архитектуры, но теперь она лишена напряжения и воспринимается как часть природного ритма.
Мотив лошади — «Лошадь, запряжённая в телегу» (1958), «Лошадь в хлеву» (1950–60-е) — звучит спокойно и почти символически: как образ труда, пути и устойчивости.
Поздние натюрморты. Итог
Финал экспозиции составляют натюрморты 1960–1990-х годов: «Грибы» (1969), «Натюрморт с вальдшнепами» (1965), «Натюрморт с гранатами» (1970), «Фрукты на окне» (1975), «Книги и трубки» (1978), «Бекасы и баранья нога» (1984), «Подсолнухи» (1998). Это живопись итогов: без резких жестов, без стремления к эффекту. В этих работах Кончаловский предстаёт художником внутренней тишины, для которого форма, цвет и предмет существуют в равновесии.
Заключение.
Эта выставка из частного собрания показывает Михаила Кончаловского не как автора отдельных знаковых произведений, а как художника пути. Проходя вдоль экспозиции, зритель движется вместе с ним — от ранних поисков к зрелой ясности, от наблюдения к спокойному принятию мира.
а так же отправить MMS или связаться по тел.
моб. +7(903) 509 83 86,
раб. 8 (495) 509 83 86 .
Заявку так же можно отправить заполнив форму на сайте.
Режим работы в марте 2026 г.13 фев,2026
«Путь художника» М. П. Кончаловский06 фев,2026
Анонс выставки М.П. Кончаловского в АртефактеАрхив новостей
Статьи
Кто бывал на выставках картин Павла Александровича Радимова, того невольно привлекали яркостью красок и лирической задушевностью самые разнообразные пейзажи Подмосковья и памятники русской старины – Кремль, соборы, башни. Пейзажи Радимова полны воздуха, пронизаны солнцем, в них пульсирует жизнь, невесть куда бегут дороги и тропинки, струятся реки, простираются бескрайние поля, осененные лесами, красуются деревни и древние города, синеет беспредельная даль. Везде ощущается присутствие человека. Это он оставил лодку возле берега, он посеял хлеба, проторил тропинку, освежил дорогу следами полозьев, или колес. По складу своей души Павел Александрович – добрый друг всего светлого, жизнерадостного, красивого. У него даже осень выглядит, как праздник красок, а не пора увяданья. Каждый пейзаж как бы говорит: не проходите мимо, смотрите, как прекрасна жизнь, какое богатство окружает нас, какое чудесное наше Подмосковье... Павел Александрович Радимов родился в 1887 году, в Рязанской губернии. Еще в раннем детстве он стал пробовать свои силу сразу в двух областях творчества – в живописи и в поэзии. Работал он самоучкой. Отец будущего художника и поэта прочил ему другую судьбу. Он хотел видеть сына служителем церкви и отдал его учиться в Рязанскую духовную семинарию. Однако, тяга к творчеству у одаренного юноши оказалась сильней воли его отца. Уже в 1905 году молодой поэт и художник приезжает в Москву с твердым намерением овладеть секретами мастерства. Но, его встречает замкнутая кастовая среда, царившая в художественной мастерской, куда он поступил учиться. Там культивировалось салонное искусство, чуждое реализма, далекое от народа. И молодой художник уезжает в деревню, в гущу народа, к родным пейзажам. Сама жизнь, сама природа становятся его наставниками, а первыми ценителями творчества являются сельчане, среди, которых, он тогда жил и совершенствовал свое мастерство. Он написал десятки, сотни, тысячи этюдов, учась изображать небо, воду, землю и человека труда. Он всегда оставался верен главной цели: творить не для узкого круга, избранных ценителей, а для народа. Картины Павла Александровича Радимова реалистичны, жизненно достоверны, опоэтизированы, они лишены парадной цветистости, как и сама подмосковная земля. В них живет своя, радимовская поэзия и покоряющая красота. Упорная работа, неустанное стремление к совершенствованию принесли свои результаты: в 1908 году на художественных выставках появились первые картины П.А. Радимова. Наряду с успехами в живописи он много достигает и в поэзии, становясь художником-поэтом, певцом русской природы. Первый сборник его стихов вышел в 1912 году. Вооружившись кистью и пером, выходил он на поиски прекрасного, и земля раскрывала перед ним свои неисчерпаемые россыпи красок. Восторгаясь красотами русской природы, он записывает в записной книжке: «... Две-три утки пронеслись сторонкой. Почему-то не охотник я – и заслушиваюсь песней звонкой, и хожу без всякого ружья. Не губить хочу я жизнь живую, а любить и радостно пылать, оттого-то сторону родную называю теплым словом: мать». Наше Подмосковье и явилось неиссякаемой кладовой для творчества художника и поэта. Картины и эскизы Радимова невелики по размерам, но художественные полотна измеряются не количеством метров в длину и ширину. Большое полотно – это истинное вдохновение и высокое мастерство, подлинная любовь к труду, беспощадная требовательность к себе, постоянная пристальность взгляда, неустанные поиски нового. Этими достоинствами обладает Радимов. Он не копирует «натуру», а по-своему осмысливает, увиденное, одухотворяя, «равнодушную природу». Перенесенная на полотно, она говорит без слов, волнует, завоевывает сердца. Это и есть «открытие красоты, окружающей нас жизни». Бескорыстная любовь ко всему тому, что мы, строители коммунистического общества, утверждаем собственным трудом и наследуем от прошлого, – это и есть самобытное выражение патриотических чувств художника, какие и проявляются в творчестве П.А. Радимова. Мастерская Павла Александровича находится под Москвой, в Абрамцеве, красота пейзажей, которого, привлекала сюда Репина, Васнецова, Поленова и многих других художников. Здесь четверть века и работает Радимов, создавая картины и этюды, полные жизненной правды и поэзии. В деревянном домике на стенах разместились «избранные» пейзажи окрестных мест, они цветут всеми красками, радуют, подкупают глубокой лиричностью. Число их возрастает. Павел Александрович по-прежнему дружен с мольбертом, кистями и красками. Его работы хорошо известны жителям Подмосковья: художник много раз организовывал выставки своих картин в деревнях, в районных центрах, в клубах, в домах культуры. Он делился и делится секретами своего мастерства с молодыми художниками. Отдавая все свои силы живописи и поэзии, он плодотворно работал в Наркомпросе, являясь одним из организаторов объединения московских художников (АХР). Скромный, чуткий и взыскательный мастер, он создал много картин, которые взяты в Государственную Третьяковскую галерею, в Музей Революции, Музей им. В.И. Ленина и музеи других городов. Его картины экспонировались на выставках в Италии, Германии, Англии, Америки. Живопись и поэзия в творчестве Павла Александровича взаимно дополняют друг друга: стихи поэта – своего рода живописание словом. Они всегда конкретны: читая их, зримо представляешь, описываемое. Это песня о радости жизни, это взволнованное слово о воинской доблести наших предков, о красоте древнерусских памятников зодчества, о неповторимой прелести всех времен года. Стихи поэта неотрывны от картин, созданных им, как художником. Поэт – это ярый противник многословия. Строки его стихов реалистичны, под стать этюдам и картинам. В них та же сыновняя любовь к Родине. Свою любовь к родной стране Павел Александрович Радимов подтверждает полувековым творческим горением, как в живописи, так и в поэзии. Его творчество свежо и молодо, а это лучшая награда за труды.
Автор статьи: Сергей Смирнов
Материал взят из каталога: Павел Радимов. Картины Подмосковья. Стихи и пейзажи. М.: Государственное изд-во художественной литературы, 1958. С. 5-7.

